"Иностранец" #5, 1999 г.

Валерия Новодворская

Не тронь меня, а то завяну

Евгений Примаков осчастливил подведомственную ему страну политической инициативой. Хотя, видит Бог, она уже достаточно счастлива от его предыдущих экономических инициатив. Правда, счастья никогда не бывает слишком много, и все державы, застрявшие между прошлым и будущим, и при этом благополучно миновавшие настоящее, счастливы одинаково. Их названия вы найдете в любом учебнике или календаре знаменательных дат, и на этот раз календари не врут почему-то. Правда, названия этих государств цитируются по графе "отрицательные примеры" или даже по смежной: "усушка и утруска, брак" и т. д.

Но другие страны, менее духовные, и вовсе не попадают в календари. Вроде Швейцарии, на фоне которой намедни Никита Михалков с глубоким чувством знатока сказал, зевая в камеру, что жить в такой стране он бы не смог: слишком уж благополучная, ничего не происходит, никто не выходит из тумана, не вынимает ножик из кармана... То ли дело Россия. Бездны. Ледники. Огонь. Тьма египетская. Утром - Армагеддон, вечером - Апокалипсис. Особенно это все приятно, когда можно в Швейцарию уехать. Хорошо, что еще не в Цюрих!

Та что же там с инициативами-то сталось? Экономические инициативы как премьера, так и его кабинета, на мой неискушенный взгляд, сводились к простой истине, что всякая инициатива наказуема (или левыми, или МВФ). "Сна мирового ты не нарушай!" В принципе, это глубоко евангельский экономический подход: "И не заботься о завтрашнем дне, ибо завтрашний день сам о себе позаботится. Довольно каждому дню своей заботы."

А нигилисты донимают премьера неуместными вопросами о секвестре новорожденного бюджета в связи с очередным выпадением рубля из гнезда. Это когда еще будет! Даже не завтра, и не послезавтра. Формируя бюджет, надо почаще заглядывать в Евангелие. И все станет на свои места, и мы будем угодны Богу. Правда, неизвестно, кто в правительстве собирается накормить народ пятью хлебами и пятью рыбами. Скорее всего, это будет г-н Маслюков. Госплан как раз занимался подобной бухгалтерией. Жаль, что только на бумаге.

Впрочем, экономические инициативы премьера были приняты консенсусом народа и властей предержащих. Ведь и тот, и другие привыкли ничего не делать и с упоением предаются этому занятию с 1917 года. Какой стаж! Никто не возразил против правительственных инициатив, кроме кучки фермеров, бизнесменов (молча) и окологайдаровских либералов (вслух). Но кто же будет считаться с этими отверженными! Уж по крайней мере не те, кто ни Адама Смита, ни фон Хайека, ни фон Мизеса, ни прогрессивное человечество не считает авторитетом.

Итак, с экономическими инициативами все обошлось. Народ отдыхает от жизни, власти отдыхают от народа, социализм отдыхает от реформ, банки отдыхают от ответственности, инвесторы отдыхают от россиян и лечатся от шока в Баден-Бадене, "семерка" отдыхает от "восьмерки". Работают только печатный станок, инфляция, дефолт (вялотекущий) и политологи с журналистами, которые из всего этого извлекают шелковичную нить и окукливаются вместе с обществом. Интересно, какая бабочка вылетит из такой куколки? Скорее "мертвая голова", чем махаон.

Теперь на повестке дня политическое соглашение между всеми ветками власти: дабы надстройка соответствовала базису, предлагается и в политическом смысле перестать что-либо делать. Ну, положим, правительство и так достигло в этом плане совершенства. Не делало, не делает и делать не намерено. Но оно согласно взять на себя еще одно дополнительное обязательство: никуда не уходить. Не хлопать дверью. Чтобы не было сквозняка. Ведь под лежачий камень вода не течет. Значит, надо лежать поперек. Здесь, пожалуй, совершается переход от живой природы к неживой породе. Ведь просто ничего не делать - недостаточно. Надо исключить возможность, что кому-то придет в голову что-нибудь сделать.

Дума тоже весьма продвинулась по пути совершенствования. Если, конечно, не считать делами гром, треск, пыль и известные российские попытки согнать щуку с яиц или замесить толокном реку. Ну там еще "Полет шмеля" (то есть пчелы), которую надо снабдить авиадиспетчером и указать ей посадочную полосу. Или дело о геноциде русского народа из-за того, что президент, в отличие от доброго короля Анри, не хочет быть отцом своих подданных. Единственная конструктивная часть соглашательского проекта относится к президенту. Он должен подписаться и обязаться: думу не распускать, правительство не отставлять. То есть сложить с себя все свои полномочия и стать свадебным президентом. Что, может быть, и неплохо, если намечается свадьба. Но у нас-то, похоже, будут похороны, так что полномочия лучше держать при себе.

Любезное предложение, сделанное президенту, - это предложение увековечить наше чудесное правительство и дивную Думу. (А ведь каждого объекта в отдельности хватило бы на то, чтобы доконать страну; вдвоем они, пожалуй, управятся и с СНГ.) В целом проект можно назвать "перманентным застоем". Такое и Троцкому не снилось!

К проекту имеется приписочка, где сказано, что, будучи в отставке, президент может ездить за счет родного бюджета на трамвае, но не на такси. Я бы на месте президента не стала очень волноваться по этому поводу: красный (или коричневый, или mixte) реванш, являющийся неизбежным следствием подобного бизнес-плана, транспортные вопросы решит в ином ключе. Туда, куда коммунисты намерены отправить президента, трамвайные рельсы еще не проложены. "А метро туда не ходит и в такси не содют". Черные же "маруси" и столыпинские вагоны были всегда за счет отправителя. Впрочем, если бюджет будет худеть в то же пропорции, политкаторжане пойдут по Шоссе Энтузиастов пешком...

Реакция социума на эту инициативу была сложной: народ безмолвствовал. Президент взроптал. Дума прижимала к груди заветный импичмент. Либералы праздно страдали, а коммунисты и фашисты мечтали обагрить свои руки в крови. Поэтому баркашовцы с мрачным видом и со свастиками ходили строем по Бескудниково, а их милиция их берегла. А лимоновцы явились на съезд ДВР и стали приветствовать Егора Гайдара словами "Сталин, Берия, ГУЛАГ". И те, и другие, и третьи (КПРФ и КЎ) не без оснований решили, что к согласительному пакту "Не тронь меня, а то завяну" есть секретный протокол, где упоминаются они, и там им предписано тоже ничего не менять в своем поведении. То есть не соблюдать Конституцию и идти на все тяжкие. Поэтому РНЕ и НБП решили отметить презентацию пакта своим скромным вкладом.

Интереснее всего реагировал Явлинский. Пакт ему не понравился, но, отказываясь от правительства, он по-прежнему верен Примакову. С таким феноменом мне сталкиваться еще не приходилось. Обычно, "отрекаясь от Сатаны", отрекаются и от "аггелов его". Интересно, что скажет священник потенциальному христианину, который при крещении эту формулу творчески разовьет: "От аггелов отрекаюсь, а с Сатаной сотрудничаю, ибо он гарант политической стабильности"?

Но самое ужасное во всей этой пактовой и патовой истории - это то, что среди нас непременно найдутся злопыхатели и поджигатели, которые, пожалуй, обвинят премьер-министра в намерении захватить тихонечко всю реальную власть и плавно передать ее тем самым экстремистам из набора, который никак не определит отечественное правосудие, путаясь в пестиках, тычинках и лепестках.

Премьер просил нас, журналистов, давать отпор таким злопыхателям, но я почему-то не нахожу ни одного контраргумента и стою, безоружная, перед лицом гипотетического классового врага...