"Иностранец" #33, 2000 г.

Валерия Новодворская

И увидел КГБ, что это хорошо

После первых ста дней положены каникулы. И отнюдь не на острове святой Елены. И даже не на Эльбе. Потому что мы - не наполеоновская Франция.

Ни блеска побед, ни сияния славы, ни наполеоновского кодекса. А Налоговый, похоже, ненадолго. Даже высшие должностные лица проговариваются.

Вот когда все мышки выглянут из норок и легализуют доходы и капиталы, тогда и лязгнет мышеловка. 13-процентный подоходный налог - кусочек сыра. А прихлопнет доверчивого мышонка какая-нибудь жуткая цифра в 40 процентов.

Главное, чтобы мышки успели сами на себя донести в налоговую полицию. Как же после 83 лет Советской власти не вспомнить, что бесплатные 13 процентов бывают только в мышеловке?

Вот разве что законы о печати будут такими же, как у Наполеона. Он журналистов не переносил и ненароком раздавил всю прессу орудийными колесами. Да еще какой-нибудь герцог Энгиенский сгинет ни за что. За то, что Бурбон. Или олигарх. Или журналист. Или чеченец.

Ведь, кажется, именно эти категории населения объявлены в нашем Рейхе неарийскими?

Именно их, кажется, касается селекция?

И если на чеченцев давно уже, фигурально выражаясь, сыплют "Циклон-В" (а они все живут: за столетие к геноциду привыкли), то другие две категории еще только подъезжают к пункту назначения и верят, что их сейчас поведут мыться, и с удовольствием слушают веселую музыку из динамиков и объяснения коменданта лагеря, что вещи следует аккуратно повесить, а золото и драгоценности сдать охране, чтобы потом получить обратно.

Нет, на наполеоновскую Францию это не похоже.

"И маршалы зова не слышат..."

Это другая страна. Другие параллели. Другие аллюзии.

После того, как мы в новогоднюю ночь были бережно переданы в холодные руки спецслужб, много воды утекло. И крови, кстати, тоже. И чеченской, и не только, если взять торжественные гекатомбы по всей стране, от Перми до Архангельска (если, конечно, нашли тело), и если прибавить три взорванных дома и один взорванный подземный переход на Пушкинской.

Эту песенку сочинили еще в 1956 году: "Эх, романтика, синий дым! В Будапеште стоят советские танки, много крови и много воды утекло в подземелья Лубянки..."

Из Будапешта танки проследовали в Прагу. И полязгали гусеницами "от Москвы" (ГКЧП) "до самых до окраин" (Тбилиси, Баку, Вильнюс).

Сейчас они в Чечне, по второму разу за 12 лет демократических реформ.

Танки - это был первый день Творения Старого Мира из обломков недоделанного Нового. Конец 1994 года. И опять КГБ. Стоит ли запоминать все псевдонимы ФСБ? У них одна на всех Лубянка, общие Андропов и Железный Феликс и общие "шпионы", в спешке состряпанные из экологов.

И это они въехали в Грозный, навербовав танкистов и выдав их за чеченскую оппозицию.

"И сказал КГБ: да будет тьма. И стала тьма. И увидел КГБ тьму, что она хороша, и отделил КГБ страну от света. И назвал КГБ свет - анархией, а тьму - конституционным порядком. И был вечер, и было утро: день один."

Многое можно успеть за восемь месяцев, особенно за последние три, когда руки развязаны, а глаза у общества завязаны.

Сами же знаете: слепота, причем добровольная, давно стала нашей национальной идеей.

За отчетное время у ГБ впервые появилась своя фракция в парламенте.

"И создал КГБ "Единство". И сказал КГБ: да будет "Единство" посреди Госдумы, и да отделяет оно парламент от парламентаризма. И назвал КГБ "Единство" партией власти."

Всякий гражданин имеет право на отдых, но только после честного труда. Трудов спецслужбы не пожалели. За каких-то сто дней журналистика была приравнена к военному мятежу в случае с Андреем Бабицким. После чего информация пошла правильная, с одной, зато со своей стороны.

К мошенничеству в крупном размере журналистика была приравнена в случае с Владимиром Гусинским, а в случае с Ириной Гребневой даже к мелкому хулиганству.

Журналисты успели посидеть в тюрьме: в Москве, в Чечне и на Дальнем Востоке.

За эти сто дней страна лишилась демократической оппозиции в лице СПС, отъехавшего от демократии на военно-государственной платформе.

За эти сто дней сорвано "Яблоко", подписавшее пакт с СПС и, следовательно, с той же платформой.

За эти сто дней нам явился призрак Железного Феликса и едва не влез обратно на свой постамент.

За эти сто дней мы стали изгоями в ПАСЕ.

Мы успели также подружиться с Северной Кореей и надышаться свежим воздухом тоталитаризма.

За эти сто дней бывшие "сенаторы", или "удельные князья" из Совета Федерации, согласились на хлебные и непыльные местечки бывших секретарей обкомов и крайкомов КПСС: держать "вотчину" от генсека и ЦК слушаться во всем центральных аппаратчиков, реализовывать программу правящей партии, держать в строгости мэров (секретарей горкомов), зато кушать икру и развлекаться в банях с девочками.

За эти сто дней страну успели поделить на воеводства и назначить на них то ли комиссаров, то ли наместников, то ли сатрапов, то ли гауляйтеров (в зависимости от "региональных традиций").

И это привычное за семьдесят с лишним лет состояние перевесило несчастные десять лет передового феодализма с перспективой Реформации и "капиталистического развития".

И все это было горячо одобрено массами, так что даже кричать не имеет смысла: никто не придет.

В принципе все уже сделано. Земля засеяна плевелами и скоро произрастит нам тернии и волчцы. Ибо прах мы, и в прах возвратились.

КГБ - отменный скульптор, но и материал попался подходящий. Страна из глины. Оппозиция из праха. Лепи что хочешь. Поэтому они могли позволить себе каникулы.

"И сотворил КГБ человека по образу своему. И увидел КГБ все, что он создал, и вот, хорошо весьма. И совершил КГБ к седьмому дню дела Свои, которые Он делал, и почил в день седьмой от всех дел Своих, которые делал."

Можно и в Сочи съездить: сотворенный из глины Человек на этот раз никакого Змия-правозащитника не послушает и плодов с древа Познания есть не станет. Потому что первый фуршет пошел не в то горло.

И начальство, и подданные дружно отдыхают на братской могиле, куда они закопали Свободу, Демократию, Права Человека.

Не жильцы они здесь были, не жильцы.

Сезон поминок совпал с сезоном отпусков! Но если сезон отпусков закончился, то сезон поминок продолжается.

В Кавказских горах и на Баренцевом море, на земле и под водой.