Демократический Выбор N41, 1997 г.

Валерия Новодворская

О партийных организациях и партийных литературах

Там, далеко на Севере, сияет своими белоснежными соборами, лучится золотыми колоколами Новгород Великий - исток российских свобод и гражданских прав, родоначальник скандинавской традиции, традиции вольности, рынка, западничества как мироощущения. Этот город, вместе с Псковом-Плесковым - наша единственная точка опоры, единственный краеугольный камень, над которым мы надеемся увидеть прекрасное здание будущей российской демократии. Здесь нет никаких лишних проблем, кроме тех, которые решались еще нашими предками и, скорее всего, никогда не будут решены до конца: мор, глад, недород, нашествие иноплеменников, засуха, небольшая безработица, социальное неравенство, конкуренция и т.д. Поэтому чрезвычайно важно помнить о том, что в первый раз, в XV веке, Новгород погубила социальная рознь. Бедные (относительно, конечно: никто в Новгороде не ходил голодным и в лаптях, все сапоги носили и пироги ели за счет рентабельной рыночной экономики) вообразили, что богатые - их враги, и стали жаловаться на них в Москву. Москва оказалась тут как тут. Великий князь Иван III покончил с новгородской вольностью, взяв и разорив город. А все от того, что "в кузнице не было гвоздя": чуточки терпения, смирения, юмора, чтобы понять, что капитализм неотменяем, что надо к нему приспособиться, что лучшего человечество еще не выдумало.

Новгород Великий - рассадник либерализма, оазис в унылых переходных пространствах почище Нижнего. По крайней мере, Михаил Прусак реально построил у себя капитализм со всеми его благами и единственным бременем - бременем свободы, выбора, ответственности, независимости от наручников и розог власти, но и от ее же хлева и пойла. Английские, немецкие, финские инвесторы и предприниматели с радостью несут свои шиллинги в общий новгородский котел. Чудовский район по инвестициям обогнал Сибирь и стал донорским. На будущий год донорской станет вся область. На Новгород, Чудово и окрестности так и сыплются рабочие места и шикарная отечественная продукция: шоколадный дождь с фабрики "Кэтсбери"; стекловолокно и фанера, за которой давятся в очереди испанцы и итальянцы; роскошные местные телевизоры "Садко" с картинкой лучше японской, зато в два раза дешевле; "стиморолы"; хрустальные и стеклянные смешные зверушки по модели и рецепту Гусь-Хрустального; откормленные гуси и пышная капуста из фермерского хозяйства "Городок". Рабочие фанерного предприятия едят почти задаром ресторанные обеды и строят в кредит двухэтажные коттеджики; рабочие кондитерского рая и вовсе питаются бесплатно, а на десерт у них в цеху всегда найдется свеженькая шоколадка. Даже местные свинки имеют свою долю от реформ: доедают некондиционную кондитерскую продукцию. И весь этот рог изобилия, увенчанный флагом Европейского Союза, потрясенного такими успехами области, раскрыл над новгородскими нивами, долами, площадями и переулками губернатор-либерал, который не старше вице-премьера Немцова. Капитализм в области начерно построил. Конечно, остались еще ставни, резной петух на крышу, наличники, крылечко, деревянные кружева. Но крыша-то и стены есть, не говоря уж о фундаменте.

Казалось бы, все эти сплошные прелести должны были повергнуть местных избирателей в такое состояние, что ДВР получил бы в 1995 году 50% всех голосов. Ничуть не бывало. Проявляя черную неблагодарность и демонстрируя столь же темное безумие, избиратели дружно отдали ДВР по 2-3%, а красно-коричневым блокам, включающим в себя все мыслимые и немыслимые оттенки, виды, семейства и подвиды отечественных марксистов, фашистов, коммунистов и экстремистов широкого профиля, от ЛДПР и КПРФ до рыжковских эскадронов, избиратель отдал все, что имел, в том числе и голову. Больше 40%. К чему бы это? Явно не к дождю, а к засухе. То ли к марту 1917-го, то ли к октябрю 1917-го. Чему удивляться? Почти век назад сытая и благополучная страна вдруг полезла на стенку, отдавшись сначала эсерам, потом - большевикам, сжигая библиотеки, выбрасывая из окошка рахманиновский рояль, вытаптывая посевы, раскулачивая, расстреливая, сбрасывая с церквей колокола, сажая священников на кол. Готовность лезть на стенку ни с того, ни с сего - специфика России, и это надо учитывать и спать вполглаза, не выпуская из рук поводьев. Жизнь в седле все-таки лучше смерти под пытками в коммунистическом застенке. Много десятилетий назад наш вечный враг, который, пожалуй, еще похоронит всех нас, поскольку мы его все никак не решимся похоронить, написал статью о партийной организации и партийной литературе. О, он знал в этом толк. Его железные организации, состоявшие из злобных выродков, вскормленных марксятиной фанатиков, 24 часа в сутки подрывали устои и заваливали Россию своими пропагандистскими брошюрками, полными яда и желчи. Они добились своего: их "Искра", их "Правда" стали взрывчаткой, заложенной под самые основы общества и государства. У нас другая задача. Нам предстоит создать новую капиталистическую действительность, уничтожить вокруг остатки совкового бытия и мышления, обезопасить страну навсегда от рецидивов "краснухи". Но насколько ДВР готов к решению этой задачи? Не слишком ли он напоминает прелестных, просвещенных, либеральных, но обреченных кадетов Милюкова и Набокова? Есть ли у нас партийные организации и партийная литература (листовки, брошюры, дабы сделать свой "импринтинг" вместо коммунистического)? В Новгороде Великом у ДВР прекрасная организация, состоящая из глубоко верующих в либеральные идеи людей. Кто угодно позавидует знаниям и пассионарности Елены Зайцевой, способностям и идейности двух милейших предпринимателей: Кибрика и Бублика, которых местные комми, должно быть, дразнят Бобчинским и Добчинским. Но в чем проявляется жизнедеятельность этой организации между выборами? Почему ее не видно в городе? Где ее митинги, пикеты, граффити, где лекции и семинары? Где активная антикоммунистическая деятельность? Вот так кадеты, уповая на то, что их дела говорят сами за себя, просидели дома в креслах и на канапе до самой казни, до разгона партии, до убийства Шингарева и Кокошкина. Опыт показывает нам, что полиции и трибуналов недостаточно для того, чтобы остановить Красное колесо. Нужно рвение и решимость противников коммунистического пути, их ненависть, наконец, потому что наши враги совершенно обнаглели, не видя острастки. Однажды безнаказанность уже привела нас к порогу гражданской войны, и жизнь потребовала тогда от Егора Гайдара отнюдь не экономических знаний. И мужество, и стоицизм, и твердость еще могут нам понадобиться. Наши партийные организации, от ДВР до ПЭС (а "Яблоко" можно не учитывать, все равно в критический момент вся яблочная рать закатится под кровать), находятся словно в глубоком подполье и боятся поднять перископ. Уличные коммунисты, которые дыры протерли в тротуарах, создают иллюзию "всенародного" протеста, отпугивают инвесторов, связывают руки Президенту, приводят к тому, что Запад начинает устраивать смотрины "невест" типа Лебедя и Зюганова. Зачастую ДВР ведет себя так, словно у нас уже 2000 лет прошло со времен нашей Великой Хартии Вольностей. А у нас она появилась только в 1993 г. Поэтому, делая сейчас вид, что мы уже на Западе, мы попадем не на Запад, а на тот свет. Бог знает, где он находится. В ГУЛАГе, надо полагать.

Иметь мозги - хорошее дело. Но этого недостаточно. Надо иметь еще и зубы.