Демократический Выбор N52, 2001 г.

Валерия Новодворская

Демократия распивочно

Было одно местечко на этой грешной земле, где дикие демократические команчи могли смыть с себя боевую краску, вытащить перья из причесок, зарыть топор войны и выкурить спокойно трубочку мира с соседними демократическими племенами. Это Демократическое совещание, задуманное интеллигентным Григорием Явлинским, чтобы демократы, как минги, так и делавары, научились слушать друг друга, принимать решения консенсусом и стали как одна плоть и кровь, пока ими еще не успел заняться шустрый Белый Господин из Кремля. В конце концов пионеры со Старого континента взяли Новый Свет и отправили, вольно или невольно, на тот свет и ирокезов, и гуронов, и оцеолов, и семенолов не столько за счет своих мушкетов, сколько за счет чужих ссор.

Идея была прекрасная, и на первом заседании демократы искренне любили друг друга и причащались сдобными булочками, кофе и обедом улучшенной планировки. Никто, конечно, не спросил, откуда эти блага и кто платит. Самое интересное, что платившее "Яблоко" не заказывало музыку. Да, они "ужинали" коллег, но они их не "танцевали".

Карась-идеалист мог бы вздохнуть лишний раз по этому поводу: "Ах, если бы все демократы согласились!" Продолжая линию Салтыкова-Щедрина, могу добавить, что в случае согласия как демократов, так и рыб щукам и чекистам (а также их фирменным президентам) об ухе забыть бы пришлось.

И в самом деле, первый сеанс прошел бы совсем успешно, если бы вокруг огромного овального стола сидели на треножниках журналисты и снимали все в свое удовольствие. Но здесь единственный пункт, по которому Григорий Явлинский оказался неправ. Демократическое совещание таинственно собирается, как некий масонский орден, за закрытыми дверями. Почище Совета НАТО. И как ни настаивает Сергей Юшенков, что провозвестники свободного общества - демократы - не могут начинать с сюжета (перманентного) "не для печати", поскольку столпы тоталитарного общества поступали точно так же, пока защитное (от журналистов) поле пробить не удается.

"ДемРоссия", "ДемСоюз", "Мемориал" и Общество потребителей (а частично и другие правозащитные организации) всегда за то, чтобы наконец отворить двери в фойе. Не считая самого Союза журналистов, который, слава Богу, имеет в зале своего "агента влияния". Доводы антижурналистской лиги, возглавляемой "Яблоком", тривиальны прямо по-уличному, по-народному: пресса все поймет неверно, журналисты поверхностны и ничего не смыслят в сути вещей. Переврут, ухватятся за сенсацию.

Беда вся в том, что демократы тоже поверхностны и тоже не понимают сути вещей, а то добрая половина не потащилась бы на Гражданский форум, а социал-демократы и СПС не пожимали бы Путину коленку под столом. Хотя социальная демократия, пожалуй, совершенно открыто бросается к президенту на шею, не замечая, что на этой хрупкой шейке уже повисли "Единство", "Отечество", ЛДПР, Сажи Умалатова, профсоюзники, - словом, все мишки в лесах и все подхалимы политической сцены. Журналисты ждут в кулуарах, пока кто-нибудь выйдет и разгласит тайну совещательной комнаты, где присяжные демократы выносят вердикт "urbi et orbi" (и миру, и граду). Еще за кулисами имеется костюмерная: оргкомитет, который систематизирует острые проекты документов, выдирая из них углы, шипы, идейное содержание, принципы, иголки и булавки, так что до стола заседаний какой-то сливочный крем добирается.

Невольно вспоминается одна сценка из "Мистерии-буфф" В.Маяковского, где и левые, и правые персонажи очень понятно и однозначно выражают свое отношение к Согласительной комиссии, дубася Соглашателя со словами: "Мы тебе согласимся! Я тебе соглашусь!" И хоть и стараются участники "процесса" стирать свое грязное бельишко только на заседаниях, все равно оно потом долго сохнет в кулуарах, потому что там стоят журналисты с защепками и веревками, крахмалом и синькой, тазиками и ведрами, и редкий участник уклоняется от этого банно-прачечного отряда. Я, например, считаю своим гражданским долгом разглашение любых тайн, от государственных до демсовещательных. А некоторые демократы разглашают не только факты (что было бы кстати), но еще и свои эмоции, иначе в газете "Коммерсант" не отложилось бы, что за отказ ползти по снегу по направлению к Гражданскому форуму Людмила Алексеева из Хельсинкской группы обозвала меня скунсом. Я, конечно, гну всюду проамериканскую линию, но в Новой Англии, кроме скунса, есть еще животные для подражания. Бобры, бизоны, лоси, волки. Никто из них тоже бы не пошел на Гражданский форум. Даже опоссум бы не унизился до этого.

Словом, после того как правозащитники сели в калошу во Дворце Съездов, запятнав свои белые ризы трухой, осыпавшейся с вертикали власти, у несчастной страны для идейного руководства осталось только Демократическое совещание. Его движущая, творческая сила - это, конечно, Тройственный союз, очень милая Антанта в лице "Яблока", правозащитной группы Льва Пономарева и "Либеральной России" в лице Сергея Юшенкова. На втором же заседании они спасли от потока и разграбления Конституцию и пытались даже поспасать ТВ-6, Дом журналистов (который хочет прикарманить городская бюрократия) и чеченцев. С ТВ-6 и Домжуром еще прошло, но вот чеченцев поспасать не дали "засланные казачки" из СПС и "Вперед, Россия". Изначальный проект спасательного документа приобрел такой вид, что совершенно непонятно было, о чем все-таки речь: об Афганистане (надо бить талибов) или о Чечне (не надо бить чеченцев).

К конструктивной Антанте примыкают и Юрий Афанасьев, и профессор Баткин, и "ДемСоюз", и Партия экономической свободы. Константин Боровой вообще занял экологическую нишу пушкинского Пророка пополам с лермонтовским лирическим героем ("Но есть, есть Божий суд, наперсники разврата!"). "Мемориал", таким образом, был доведен до угрозы уйти и не вернуться. Ежели кто-то, конечно, такое натворил, что стыдно на улицу выйти, то пусть дома сидит. И если на первом заседании счастливые демократы заседали, греясь в лучах демократической оппозиционности Михаила Сергеевича Горбачева, который и вел заседание, то ко второму сеансу выявилось, что главный пункт программы его объединенных социал-демократов - поддержка действующего президента, чего у эсдеков никогда и в заводе не было и что делает страшно актуальным одно старинное определение большевиков, обозвавших социал-демократов "социал-прислужниками".

На первом заседании был достигнут теоретический консенсус по поводу "приоритета прав личности перед интересами государства". Оказалось, что "Вперед, Россия" и СПС подписывали этот текст, примерно как СССР в 1973 г. подмахнул Хельсинкские соглашения, "гуманитарную корзину", не собираясь выполнять. И это стало ясно на втором же заседании.

Увы, Демсовещание - это Водяное Перемирие в джунглях, и бедное "Яблоко" невольно сыграло роль слона Хатхи. А за пределами огромного зала мэрии - тропа войны, и охоты, и предательства.

Я была так благодарна Григорию Явлинскому за неведомое нам прежде равенство и свободу самовыражения, за человеческие начала, положенные в основу заседаний Демсовещания. Мне казалось, что я только теперь узнала, что такое демократия. Но радость от демократии быстро перешла в печаль от ее недееспособности. "Вперед, Россия" даже не считает "конфликт" в Чечне "кровавым", а опыт чеченской войны - негативным. Хотя от этих определений шарахнется не каждый генерал.

Конечно, и СПС, и "Вперед, Россия" завтра станут вскакивать, как встрепанные, под сталинский гимн: они ведь не дали принять заявление протеста против попыток ввести за него уголовное наказание. И, выйдя с места Водяного Перемирия, они потащат на эшафот своих товарищей Юла Рыбакова, Сергея Ковалева, Григория Явлинского и Сергея Юшенкова, которые в Думе с этим напевом очень часто сталкиваются, но вставать не будут.

Все тщетно: благородство Григория Явлинского, мужество Сергея Юшенкова, ехидный героизм Константина Борового, диссидентство С.Ковалева, Л.Баткина и Ю.Афанасьева. "Под гнетом власти роковой" и в силу собственной сервильности бывшие совки становятся нынешними совками. Демократия - только за столом мэрии, распивочно. Но не на вынос.