Демократический Союз

Как стать членом ДС

Поиск на сайте
Более 1500 документов

Заявления ЦКС ДС,
сообщения Службы информации

ru_ds - ЖЖ-сообщество ДС

Документы ДС
Устав, Декларация, Программа

Валерия Новодворская

ЖЖ Валерии Новодворской
vnovodvorskaia

ЖЖ Константина Борового
kborovoi

Валерия Новодворская отвечает на вопросы

Статьи Валерии Новодворской на сайте Грани.ру

Интервью Валерии Новодворской

Все статьи Валерии Новодворской в еженедельнике «Новое время» 1996-2006

Валерия Новодворская на выборах в Государственную Думу 2003 г.

Статьи Валерии Новодворской в газете «Правое дело» 2003, 2006

Статьи Валерии Новодворской в газете «koMok» (Красноярск) 1996-2003

Избранные статьи Валерии Новодворской

Книги Валерии Новодворской (полные тексты):
«По ту сторону отчаяния»
«Над пропастью во лжи»
«Мой Карфаген обязан быть разрушен»

Новые книги Валерии Новодворской 2009

Фото, аудио, видео


Персоналии
Материалы членов партии

Архив ДС
1989-2010

ДС уполномочен заявить

Свободное слово
Интересные материалы

bel.shamin.ru
Информация о событиях в Беларуси
Жыве Беларусь! (архив)

Поставить ссылку на сайт ДС
Поставить ссылку на сайт ДС

Счет для пожертвований
Банковские реквизиты

E-mail: ds@ds.ru

Партия Западный Выбор

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100

Памяти Валерии Новодворской (1950-2014)


Письмо Лере

Лера, Лерочка, Леруня! Не могу поверить, что тебя больше нет! Что я так и не успела научить тебя разным системам счисления, как умею научить учителей, а они второклассников. Мы с тобой так хотели удивить этим Костю Борового. Но не вышло...А ведь сколько незабываемых дней, вечеров, а иногда и бессонных ночей мы провели вместе на даче! Казалось, все еще успеется. Каждый день, проведенный с тобой, был наполнен беседами, размышлениями, спорами и поэзией. Я вспоминаю, как переплывая Кратовское озеро по несколько раз, ты с удовольствием и без остановок читала Ахматову, Цветаеву, Гумилева, Багрицкого, Лорку в разных переводах и поражала феноменальной памятью и не только.

Ты была щедра на всё, стараясь помочь всем и вся. Ты помнила не только наши дни рождения, но и дни рождения наших детей и не ошибалась в именах наших внуков. Ты, как и все девушки, мечтала о свадьбе, о белом платье, о верном и любящем мужчине рядом, но этого не случилось, о чем ты очень жалела. А сколько раз мы вместе плакали, когда смотрели то или иное кино, и как трогательно ты заботилась о маме! Думаю, немногие знают, что не было ни одного эфира на радио Эхо Москвы, после которого бы ты не позвонила и не спросила наше мнение, зная, что оно будет честным. Оно тебе было небезразлично. Разве такую Новодворскую видели и слышали все остальные? Ведь все тебя считали бескомпромиссной, категоричной, жесткой в оценках событий и людей, но такой, какой знали тебя мы - нежной, ранимой, щедрой, веселой, романтичной, чувствительной и чуткой, участливой, заботливой, внимательной, умеющей любить и ценить дружбу - такой тебя знали немногие. А нам, тем, кто все эти годы был рядом с тобой, посчастливилось. Ты нас называла Элли и Ником и бесконечно опасалась за нашу жизнь из-за дружбы с тобой. Теперь тебя нет. Мы бесконечно скорбим вместе со всеми, кто тебя любит и ценит. Леруня, таких больше нет и теперь уже не будет. Жизнь стала другой.

P.S. Освященные кулич и яйцо, которые ты для нас приготовила еще на Пасху, нам отдали. Это был привет с небес.

Твои Элли и Ник ( Эльвира Александрова и Николай Мовчан)


Я не знаю, Валерия Ильинична, придётся мне сказать эти слова у Вашей могилы, или нет. Но я надеюсь, Ваши соратники скажут их - за меня. На Вашем сайте.

Мы с Вами были знакомы с конца 80-х ѕ да, мы были в разных, хотя и близких партиях, я - в кадетах, Вы ѕ в ДемСоюзе. И помню, как Вы просили нашего (не властей!) согласия, использовать вроде как занятую нашей партией площадку у памятника Пушкина, под Ваш митинг (совершенно абсурдная просьба, но показывающая непонятную нам, "совкам", порядочность). Помню (сам не видел, но про свидетельствам авторов "Хронографа"), как Вы гнали поганой метлой с Кратовского съезда, КГБшного агента Вову Жириновского.

Я помню десятки своих статей, напечатанных в Вашем "Свободном Слове". Ни копейки гонорара я не получил, и не просил. Просто это была возможность ѕ говорить свободно, а это ѕ дорогого стоит.

Я помню Вас в октябре 1993-го, когда Вы шли на радио "Эхо Москвы" - последнее свободное слово в России в дни коммуно-фашистского путча. Ребята на баррикаде на Никольской, пришедшие по призыву Егора Гайдара, Вас просто не узнали, я проводил Вас.

Последний раз я говорил с Вами 4 года назад - в 10-ю годовщину моей свадьбы, и мой 50-летний юбилей. Вы подарили нам свои книги - надеюсь, моя дочь перечитает их хотя бы из-за именного автографа автора.

Валерия Ильинична, у нас с Вами - много принципиальных политических расхождений, но мы с Вами - люди одной группы крови. Свободной. Я ж - не политик, я простой человек, которого История засунула в вихрь процесса. Вы ѕ шли к своему положению целеустремлённо. Но Судьба пересекала меня с Вами не раз, и я об этом не жалею. Это - великая Честь, бывать иногда рядом с таким человеком, как Вы.

Наверняка Вы были в чём-то не правы - но в этом разберётся История. Позже. Сегодня же - мы скорбим о Великом Человеке, которым должна гордиться Россия. Потому что если не гордиться Валерией Ильиничной Новодворской - то кем нам гордиться-то сегодня?

Виктор В. Щукин


Мурад Мусаев

Ушла Валерия Новодворская.

Я - дитя "чеченской войны", пусть под бомбами и провёл всего лишь месяц осенью 94-го. Кровавая бойня не закончилась для меня с отъездом из дому: всё сознательное детство, а потом и юность я прожил на этой войне перед экраном телевизора.

Политики, государевы мужи, общественники России и даже журналисты для меня, ещё десятилетнего, делились на две группы: на тех, кто за войну в Чечне, и на тех, кто против. Остальные не считались.

Валерия Новодворская была против. Не как бы против, не красного словца ради, а по-настоящему, категорически против. Она была одним из самых ярких поборников моего народа и, стало быть, одним из самым любимых мной персонажей тогдашней российской действительности.

Все мы, кто жил на "чеченской войне" (в грозненских ли подвалах, перед телевизорами ли в мирных городах), кто через слёзы радовался каждому антивоенному слову, безмерно благодарны Валерии Ильиничне. Мы помним её и скорбим.

От себя и от сотен тысяч таких же, как я, приношу искренние соболезнования родным и близким Валерии Новодворской.

Светлая память.


ААВ-старший Эхо Москвы

Веселость и бесстрашие

16 июля 2014

Загадка Леры Новодворской.

Я никогда не понял до конца и уже точно не пойму, как это Лере удавалось оставаться такой – одновременно веселой и бесстрашной.

Обычно люди либо веселые – легкие, легкомысленные, смешные – либо бесстрашные до звериной серьезности, а иногда и до звериной жестокости и бессердечия.

Лера соединяла в себе и веселость, и бесстрашие, и силу.

Казалось, это невозможно.

У Леры было возможно.

http://echo.msk.ru/blog/aav/1360920-echo/


Ант Скаландис писатель

Она видела дальше нас

14 июля 2014

Не стало Валерии Новодворской

Такие люди всегда уходят на изломе эпохи. В июле четырнадцатого года эта смерть особенно символична и совершенно не случайна. Она сама была человеком-символом – символом несгибаемой воли в борьбе с тоталитарным режимом и людоедской идеологией; символом фантастической последовательности и верности своим убеждениям в мире, где все и вся менялись и мимикрировали, едва ли не каждые пять лет перестраиваясь под новый стандарт мышления.

А в этом году исторический процесс на нашей планете дал такую трещину, каких не ведали мы уже добрую сотню лет.

Не все способны понять, в какую именно бездну заглянула наша цивилизация на излёте зимы 14-го года благодаря нескольким, а может быть, даже всего одному безответственному политику. Валерия Новодворская понимала это прекрасно. Она всегда видела немножечко дальше других и острее переживала происходящее. Боль всего мира она воспринимала как личную ещё начиная с того далёкого 69-го, когда разбросала листовки во Дворце съездов и раз и навсегда выбрала свой путь в жизни – отчаянно трудный крёстный путь правды. И удивительно не то, что она умерла в 64 года, удивительно то, что она смогла прожить столько лет после пыток в спецпсихушках, голодовок в тюрьмах, унижений, поношений, издевательств и страшного интеллектуального одиночества, когда даже лучшие друзья перестают понимать и отворачиваются. Я не знаю, от чего конкретно она умерла, но правильно говорят в народе: все болезни от нервов, то есть от состояния души. А какое могло быть состояние души летом 2014 года у Гражданки России, положившей всю свою жизнь на алтарь либеральной демократии?

Для распространения у нас в стране либеральных идей Новодворская сделала больше, чем все остальные вместе взятые.

Это не преувеличение, просто не все сумеют понять и согласиться. Так ведь большое видится на расстоянии, а осознание истинной роли человека, масштаба его свершений и достоинств, приходит, к сожалению, лишь после смерти и то не сразу.

Я вспоминаю апрель 89-го.

Тбилиси. Пресловутая ночь сапёрных лопаток. Горбачёвское телевидение и перестроечные газеты были ещё на две трети советскими, говорили и писали, мягко говоря, не всё. Однако Новодворская была на свободе и уже не одна – существовала, пусть нелегально (легальной она так и не стала) её партия – «Демократический союз». И появились листовки на московских столбах. Возможно, ещё где-то, но я их видел в Москве, у метро Щёлковской. Это было как гром среди ясного неба. Во-первых, сам факт - листовки. У нас же гласность, у нас же Сталина опять развенчали, войска из Афгана вывели, у нас жизнь налаживается и социализм улыбается во всё своё человеческое лицо. А Новодворская вдруг заявляет, и это уже во-вторых, что советские каратели ведут себя, как фашисты, вспоминает Новочеркасск, сталинские репрессии и лихо ставит знак равенства между Сталиным и Гитлером. На апрель 89-ого года – это шок не только для всего народа, но и для такого диссиденствующего интеллигента, как я. Кто ж мог подумать, что её оценка через каких-то два-три года станет общим местом на федеральных каналах телевидения и в государственных газетах?..

Эх, там бы и остановиться нам (идеологически!) – на начале девяностых, признать правоту либералов, устроить Нюрнбергский процесс для коммунистов, сделать необратимыми демократизацию, свободу слова и совести, приват личных ценностей над общественными.

Но… не вышло, не довелось, инерция коммунистических и самодержавных десятилетий тащила назад. Новодворскую слушали всё меньше, отношения с Западом снова начали ухудшаться.

Приведу ещё один пример.

1991 год. Дудаев провозглашает независимость Ичкерии. Кто смеётся, кто плачет, но все вздрагивают и все против. Только Новодворская – за. Она вместе с главой Литвы Ландсбергисом поддерживает Джохара. Такого поворота, признаюсь честно, при всем уважении к Валерии Ильиничне даже я тогда не понял. А ведь сегодня должен признать: просто не хватило мозгов. А ей хватило.

Что стоило тогдашней России принять позицию Дудаева?

Да ничего бы не стоило. Мало, что ли, сегодня по всей планете таких условно суверенных стран, а на постсоветском пространства их особенно много. И ведь понятно же, что если там людей не убивать, то можно вполне нормально жить и под другими флагами и с другой валютой. Если бы тогда отпустили Чечню, скорее всего, уже через пару лет Дудаева сместили бы его же соратники, которые, конечно же, не справились бы с экономикой и сами пришли на поклон в Кремль. Или вариант номер два: Дудаеву или любому из его преемников построили бы такой же рай земной и такой же по сути дела суверенитет, какой сегодня построили Кадырову – с одной лишь разницей: не было бы десяти тысяч погибших русских солдат и – сколько там сотен тысяч? – уничтоженных чеченцев. Да, я сейчас упрощаю, но ясно одно: поверили бы Новодворской – избежали бы огромных жертв и особенно страшной в историческом аспекте травмы для всей страны, искалеченного поколения, отравленного ненавистью ко всем кавказцам.

За прошедшие с тех пор два десятилетия Новодворская последовательно отстаивала ценности западного либерализма и всё больше становилась шутом в глазах не только власти и массового телезрителя, но, к сожалению и в глазах интеллигенции, к огромному сожалению, даже в глазах определённой части интеллигенции, называвшей себя либеральной.

Да, именно так. Потому что истинный либерал никогда бы не позволил себе смеяться над Новодворской или оскорблять её. Валерия Ильинична оставалась верна своим принципам даже после бомбардировки Белграда, которая тогда, пятнадцать лет назад точно так же расколола российскую интеллигенцию, как сегодня присоединение Крыма.

Поразительно, тревожно и даже страшно: умнейшие, образованнейшие люди не могли, не хотели и сегодня не хотят понимать элементарных вещей.

Несмотря ни на какие ошибки Америки и Европы, несмотря даже на преступления, совершаемые ими (а власть – любая власть – не может не совершать преступлений!), НЕЛЬЗЯ отказываться от поддержки либеральных идей в пользу тоталитаризма, с неизбежностью сползающего в фашизм. К сожалению, третьего не дано. Все разговоры об особом пути России, о пресловутом многополярном мире – всё это от лукавого, то есть не более чем хитрая пропаганда людоедского тоталитарного режима. Нет никакой третьей стороны, нет «особых» исламских стран, нет «совершенно другой» Индии и «совершенно другого» Китая – везде одно и то же. Перед нами типично бинарная система: жизнь – смерть, правда – ложь, свобода - тюрьма. Не бывает полужизни и полусвободы. Полуправда бывает, но она противнее лжи.

Валерия Новодворская понимала это всегда.

Ради того, чтобы это поняли другие, она жила, говорила, писала, терпела немыслимые муки. И умерла ради этого.

Очень хочется верить, что благодаря ей людей думающих и понимающих стало больше.

И благодаря этим людям мир всё-таки уцелеет.

То, что происходит сегодня, к сожалению, свидетельствует об обратном.

Но я, вообще-то, всегда был оптимистом, стараюсь оставаться им и теперь. Я глубоко уверен, что рано или поздно, подавляющее большинство осознает правоту Валерии Новодворской, и о ней ещё напишут в школьных учебниках.

Если отрезвление произойдет скоро, ну хотя бы через те же два-три года, как было при её жизни, тогда всё прекрасно, мы будем жить в богатой процветающей стране.

Но если процесс затянется, если мы упустим момент и ввергнем себя в пучину нового средневековья, тогда мне даже подумать жутко, в какой стране мы проснёмся, быть может, и не через два года, а гораздо раньше, и быть может, не только мы.

Загляните в бездну, в которую смотрела перед смертью Валерия Новодворская.

Те, у кого хватит смелости, заглянут, и возможно, потом у них достанет мудрости и сил уберечь нас от падения туда. Для того, чтобы спастись, прежде всего, надо поверить тем, кто предупреждал об опасности.

http://www.echo.msk.ru/blog/skalandis/1359384-echo/


Олег Северюхин писатель

Валерию Новодворскую нужно канонизировать

14 июля 2014

Это не шутка и не ёрничество.

Во-первых. Такие люди, как она, появляются раз в столетие, чтобы своим подвигом искупить грехи людей, которые отдали решение своей судьбы в руки коммуночекистов, десятками тысяч расстреливавших священников и разрушавших храмы на территории нашей страны. И эти же люди сейчас правят нашей страной, поставив себе на службу тех же священников, дав им возможность петь осанну в свою честь.

Во-вторых. Новодворская никогда не призывала к уничтожению религии, как чуждой демократии идеологии.

В-третьих. Новодворская чуть ли не в одиночестве, как сподвижники Иисуса Христа, выступала за правду в то время, как сытые граждане лежали на диванах, поглаживая свои животы и не делая даже попытки защитить свои жизни от произвола людей, облеченных Законами. Она за нас сидела в тюрьмах и подвергалась уничтожению в психиатрических клиниках.

Она должна быть канонизирована при жизни, но нет Пророка в своем Отечестве. И Россия не исключение. Время канонизации новопреставленной подойдет тогда, когда на всех просторах нашей родины будет полыхать братоубийственная российско-украинская война. Этнические украинцы из России будут насмерть воевать с этническими русскими в Украине, а всю войну будут освящать кадилами православные священники с той и с другой стороны. Когда в эту войну втянутся другие государства, то никакие иконы Божьих матерей уже не помогут. Все будут обращаться к народным заступникам земли русской, да только как бы поздно не было. Судьба людей находится в руках этих людей.

http://www.echo.msk.ru/blog/severyukhin/1359408-echo/


Виктор Шендерович журналист

Лера...

12 июля 2014

Вот вы не знаете, какая она была красавица в молодости, Лера Новодворская! А я видел ее выпускную студенческую фотографию — в день, когда провожал в эмиграцию Евгения Арье (они учились вместе на медицинском).

Те, кто пытками в казанской психушке превратили ее в полу-инвалида, и те, кто промолчал в тряпочку весь репрессивный "совок", стали потом новой российской элитой — и совместным образом, до конца ее жизни, иронически проусмехались в ее адрес. В этой общей иронической усмешке принимали участие и многие новейшие демократы из школы real-politik: Лера, ну что c нее взять. Экстремистка!

А она, среди всей этой двусмысленной гнили, многие годы оставалась невероятным эталоном чести. И поразительной, герценовской силы публицистом. А ее неприятие зла было поистине шекспировской силы...

Мы еще просто не в состоянии понять, кто жил среди нас и кого мы потеряли сегодня.

http://www.echo.msk.ru/blog/shenderovich/1358662-echo/


Виктор Шендерович журналист

Саванна

14 июля 2014

Предсказуемый ад в комментариях по поводу смерти Новодворской, я думаю, понравился бы Лере.

Ненависть врагов бодрила ее, она много десятилетий дразнила этот зоопарк своим безупречным человеческим прямостоянием. Надпись на дверях клуба санкюлотов – «Что ты сделал для того, чтобы быть расстрелянным в случае прихода неприятеля?» – была ее ежедневным девизом. Счет желавших ей смерти шел на сотни тысяч.

Ну что же, их можно поздравить.

Нас – нет.

Со всей очевидностью в погружении страны пройдена очередная отсечка, ибо раньше такие тексты были привилегией газеты «Пульс Тушина», а такие шутки – нехитрым счастьем отдела юмора газеты «Завтра».

Сегодня этот срам плодят, в том числе, журналисты «Комсомольской правды» и сотрудники государственного информационного агентства.

И не будем валять дурака, рассуждая, что они выражают свое личное мнение, – они же не выброшены тут же, с позором, вон из своих редакций, не правда ли?

http://www.echo.msk.ru/blog/shenderovich/1359382-echo/


Александр Чуев политик

Новодворская до конца оставалась лидером ДС

13 июля 2014

Ушла из жизни Влерия Ильгинична Новодворская. Человек очень интересный, неоднозначный, но во всех отношениях выдающийся. Свою борьбу с советским тоталитарным режимом она начала в 18 лет, была репрессирована и потом через годы вновь включилась в борьбу. Это был несгибаемый борец за свои идеи.

Я познакомился с ней в 1988г. когда создавался «Демократический Союз». Потов наши пути разошлись, и мы оказались по разные стороны «баррикад». Правда, что касается политической диктатуры, (любой идеологии) думаю, здесь наши позиции и сегодня не сильно бы отличались. Я никогда не полюблю никакое насилие над людьми, даже ради самых «высоких» целей.

При всем различия моих с Новодворской позиций, я уважаю ее за последовательность и смелость. Она никогда не шла на нравственные компромиссы и готова была отдать свою жизнь за то, во что верила (свою, а не чужие!). И в итоге - отдала. Я лично считаю многих нынешних политиков и себя в том числе, трусами и приспособленцами, по сравнению с ней, независимо от идей и взглядов.

Как бы лидер ДС не относилась к России и нынешней российской власти, она не уехала из страны, хотя много раз могла это сделать. Она предпочла пройти свой тяжкий путь до конца в отличие от многих своих же соратников, которые предпочли бороться за свои либеральные и рыночные ценности в более комфортных условиях.

Мои соболезнования ее близким и соратникам. Из жизни ушел масштабный, сильный, цельный и последовательный человек, хоть и был символом идеологии разрушения.

Покойтесь с миром, Валерия Ильинична.

http://www.echo.msk.ru/blog/tchuev/1359094-echo/


Евгений Понасенков режиссер, историк

Самый свободный гражданин самой несвободной европейской страны

12 июля 2014

Сегодня умер великий человек, чье значение смогут оценить по достоинству только спустя долгое время. Я настаиваю на этой формулировке – «великий»: Новодворская была самым свободным гражданином самой несвободной из стран европейской цивилизации. Ее кончина – трагедия для всех мыслящих и чувствующих людей в нашей стране. И мы должны честно признаться и всегда помнить: это не смерть от естественных причин, это убийство. Ее здоровье было уничтожено совковой фашистской системой, советской тюрьмой. И за этот фашизм пока никто не наказан. Но Валерия Ильинична умерла победителем, ибо вся эта фашистская свора не сумела сломить ее волю к свободе, ее блистательный интеллект и обаяние.

Феноменальная эрудиция, остроумие, проницательность, принципиальность, возведенные в абсолют – все это Новодворская.

И я очень благодарен судьбе за то, что я мог общаться с этим исключительным человеком лично.

http://www.echo.msk.ru/blog/eponasenkov/1358668-echo/


Ирина Прохорова главный редактор ИД "Новое литературное обозрение", лидер партии "Гражданская платформа"

Памяти Валерии Новодворской

12 июля 2014

Трудно поверить в смерть Валерии Ильиничны Новодворской, в то, что неисчерпаемая энергия ее души не стала залогом долгой жизни этой поразительной женщины.

Давно замечено, что подлинные мужество и принципиальность редко сочетаются с торжественно-монументальным обликом. Так выглядят, как правило, циники или герои пропагандистских фильмов. Кому-то Валерия Ильинична казалась эксцентричной, возможно, она и была таковой. Но не будем забывать, что бесстрашие не достается даром, оно отвоевывается у конформистского мира ценой огромных душевных затрат и постоянного самопожертвования. Герои часто кажутся странными и смешными, особенно тем, кто не способен на подвиг.

Новодворская была неукротимой воительницей за гражданские свободы и права, и она достойна самых высоких слов и самого глубокого уважения.

Светлая ей память!

http://www.echo.msk.ru/blog/iprokhorova/1358654-echo/


Борис Вишневский депутат Законодательного Собрания Санкт-Петербурга (фракция "Яблоко")

Прощайте, Валерия Ильинична…

12 июля 2014

Ушла Валерия Новодворская.

Под одними ее текстами мне отчаянно – до зависти, - хотелось подписаться. Например, когда речь шла о войне в Чечне или необъявленной войне с Украиной.

С другими текстами хотелось яростно спорить (и спорил, хотя почти всегда – заочно: лично встретиться с Валерией Ильиничной мне довелось лишь дважды). Особенно, когда Новодворская вспоминала о Ельцине, Чубайсе или Гайдаре…

Но все сказанное не меняло главного: понимания абсолютной искренности и бескорыстности Новодворской. И ее абсолютной убежденности в своей правоте.

Не стало одного из символов российской демократической революции – так и не доведенной до конца. Захлебнувшейся под натиском державно-чекистской контрреволюции.

Ах, как яростно Валерия Новодворская требовала закона о люстрациях (в чем я был с ней абсолютно солидарен)!

Тогда это можно было сделать – и навсегда вышвырнуть вон от власти коммунистических номенклатурщиков и чекистов. И не было бы тогда очень многого, что мы увидели потом – начиная от секретарей обкомов в губернаторских креслах, и заканчивая Путиным в кресле президентском.

Но – не удалось. К несчастью. И не потому, что не могли.

«Не надо начинать охоту на ведьм!», - заявляли нам соратники по демократическому движению, призывая быть благородными и великодушными.

«Дождетесь, что ведьмы выйдут на охоту!», - отвечал я им осенью 1991-го. И прогноз сбылся с пугающей точностью…

Валерия Новодворская яростно боролась с вышедшими на охоту ведьмами – оставаясь при этом с каждым годом во все большем одиночестве: все больше и больше недавних демократов и либералов превращались в «государственников» и «патриотов», готовых прислуживать Путину, и больше всего боящихся его прогневать.

Новодворская не боялась ничего. Как Анна Политковская и Юрий Щекочихин, Андрей Пионтковский и Наталья Эстемирова, Лариса Юдина и Лилия Шевцова…

Она не успела увидеть крах созданной Путиным чудовищной системы, построенной на лжи, насилии и страхе.

Но этот день неизбежно наступит.

И в этот день мы обязательно вспомним Валерию Новодворскую.

Прощайте, Валерия Ильинична.

Пусть земля Вам будет пухом.

http://www.echo.msk.ru/blog/boris_vis/1358638-echo/


"Она была просто эталоном чести…"

12 июля 2014

ВИКТОР ШЕНДЕРОВИЧ:

Это совершенно поразительная весть. Мы виделись совсем недавно. Вы знаете, тяжело говорить в прошедшем времени. Новодворская была совершенно поразительным примером человеческой цельности среди огромного количества двусмысленной политической швали. Она была примером абсолютно несокрушимой человеческой цельности. Прошедшая через пытки, прошедшая через унижения, прошедшая через смех над ней со стороны тех, кто ее пытал. Напомню, что она лежала в казанской психушке в советские времена. Это были пытки. Она прошла через все это, она сохранила ясный интеллект. Она была фантастически остроумным и образованным человеком. Она была совершенно несгибаемой. Она такой пример, недостижимый пример, почти беспрецедентный пример в российской политике цельности, принципиальности, чести, простите за такое высокое слово. Она была честный человек. И она была в этом смысле просто эталоном чести.

Мы, все россияне, даже не представляем, какую точку отсчета мы потеряли. В каком-то смысле, конечно, мы ее приобрели, потому что чем больше будет уходить времени с ее смерти, тем яснее, наверное, нам будет становиться масштаб этого человека. И совершенная неповторимость Валерии Ильиничны Новодворской. Она была политиком. Она была верна своим убеждениям. Она была честным человеком. Она была бесстрашным человеком. И я не думаю, что в сегодняшней политике российской можно назвать второе имя, которое бы полностью соответствовало всем этим идеалам.

Вечная память.

Я думаю, что Россия доживет до времени, когда сможет осознать эту потерю.


БОРИС НЕМЦОВ:

Это очень печальная новость. Валерия Ильинична – человек несгибаемой воли, абсолютно твердых убеждений, энциклопедически образованная. Сильная, бесстрашная. Мы с ней часто спорили. Таких людей, с одной стороны очень интеллигентных и образованных, а с другой стороны – несгибаемых и твердых, у нас практически нет. Я честно говоря, в абсолютном шоке. Она же молодая совсем – ей больше 60 лет. Жалко, что она ушла. Безумно. Честно говоря, я до сих пор не могу поверить.


ЛЕВ ПОНОМАРЕВ:

Я с Лерочкой Новодворской (не боюсь ее так назвать, потому что она меня звала Левочкой) нежно дружили последние 25 лет. Нельзя сказать, что мы были близки в нашей работе, но дружили, любили друг друга, доверяли друг другу. Конечно, это потеря.

Мне кажется, важно отметить для тех людей, которые ее близко не знали. Прежде всего, с моей точки зрения, она была гениальный публицист. Очень интеллектуально сильный. Многие публицисты поверхностно пишут, на потребу популизма, моду какой-то. Она была очень эрудированный публицист, с замечательной памятью. Всегда находила исторические примеры тем событиям, которые происходили у нас, происходят в России. К сожалению, у нее была маленькая аудитория: ее публиковал только журнал New Times, а он не такой уж широкий имеет тираж. Я могу сожалеть, что ее так мало знали как публициста.

Она войдет в историю именно как радикальный политик. Такие политики не руководят странами. Но играют очень важную роль, потому что будят совесть политиков. Не случайно говорят, что политика – искусство компромисса. Она будила совесть не только тех, кто по другую сторону


ДЕНИС ДРАГУНСКИЙ:

УМЕРЛА ВАЛЕРИЯ ИЛЬИНИЧНА НОВОДВОРСКАЯ, человек отваги и чести.

Я был с ней знаком, видел, как она, присев к столу в редакции старого еще "Нового Времени", от руки писала свои блистательные колонки. Как она, приехав в редакцию, тут же звонила маме - "я доехала, не волнуйся". Зачем я это пишу? Затем, что трудно было поверить, что эта женщина - самый смелый человек в России. "Она держала девять сухих голодовок!" - с восторгом говорили о ней зэки.

Вот ее нет. Кто смелый? Кто на место Леры?

Лера, я не плачу по тебе. Я восхищаюсь тобой.

http://www.echo.msk.ru/blog/echomsk/1358612-echo/


Илья Мильштейн

Совесть, благородство и бесстрашие. Памяти Валерии Новодворской

Давнее воспоминание, из прошлого тысячелетия, ранних перестроечных лет. Валерия Новодворская требует отмены 6-й статьи Конституции. Валерия Новодворская выступает против Ленина. Валерия Новодворская требует вывода советских войск из Афганистана и освобождения политзаключенных. Валерию Новодворскую опять повязали на митинге, в котором участвовала она и еще несколько человек, городских сумасшедших.

Это важно, это потом врежется в память на всю жизнь. Про шестую статью и про безумные речи, еще запомнится интонация — гневная и завистливая одновременно, с какой о ней будет говорить кто-то из прорабов перестройки. Да как она смеет! Партия реформирует страну, КПСС нет альтернативы, и только провокаторы и экстремисты в эти исторические дни могут ссорить власть и интеллигенцию! Прораб рассержен, но за громами и молниями угадывается шепот: да как она не боится?..

Потом, чуть позже, это станет банальностью. Отмена 6-й статьи, вывод войск из Афгана, правда про Лукича, КПСС антинародной покажем орган детородный. Потом, очень скоро, тогда время вообще летело со скоростью дальнобойного снаряда, и прорабы захмелеют от собственной смелости, и статью отменят, и армию выведут, и невдолге всех распустят, включая политические лагеря и нерушимый Союз. А Лера, с которой мы познакомились, если не путаю, незадолго до путча и быстро перешли на ты, встретит август 91-го в камере Лефортовской тюрьмы за оскорбление Горбачева и станет последней политзечкой, которую освободит советская власть. «Ну какой из Михал Сергеича фашист?» — скажу я ей укоризненно, и она разразится получасовым монологом, блистательным и невыносимым одновременно.

Тогда это тоже запомнилось, сразу. Слушать Леру десять минут — счастье. Полчаса — пытка. На втором часу наступает катарсис, и ты глядишь на этого человека с восхищением и смертельной усталостью. И понимаешь, что перед тобой ребенок, гениальный и мудрый, и утомительный, что гениям, особенно детям, вообще свойственно. И надо не спорить, а внимать, потому что ребенок еще и пророчествует, и то, что сегодня взрослые считают безумием и вообще наглостью, завтра станет общим местом.

Разумеется, не всё, так ведь и пророкам свойственно ошибаться, особенно в делах политических, а дети совсем не разбираются в людях. Пройдет немного времени, и Лера изменит мнение о Горбачеве и сильно разочаруется в Ельцине, и тут проявится коренная ее черта: благородство. Дворянская черта, если хотите, но по сути просто человеческая. Она сочувствовала свергнутым, униженным, оскорбленным, и при всей своей «капиталистической» вере с элементами нетерпимости и радикализма очень жалела, к примеру, Альенде. Да и как не пожалеть?

Мир Новодворской был черно-белым, но ошибались те, кто обзывал ее «большевичкой». Большевизм — это фанатизм, соединенный с жестокостью, а она была доброй. Помню, как Новодворская называла тогдашнего президента Грузии «палачом», а потом, когда Звиад Гамсахурдиа был убит и проклят, его полюбила и ставила в пример другим политикам, и когда я напомнил ей о прежних оценках, она, кажется, сама удивилась. «Но вечно жалок мне изгнанник» — это про Леру.

Впрочем, благородство как определяющая черта характера еще в людях встречается — человечество не полностью оскотинилось, даже в Москве. Благородство, помноженное на бесстрашие, — вот редкость. Эта физическая невозможность смолчать, которая заставляет 19-летнюю девочку разбрасывать листовки в Кремлевском дворце съездов, ломая себе карьеру и жизнь, обрекая на пыточный режим в психушках. А после освобождения заниматься распространением Самиздата, организовывать подпольную партию, подпольный профсоюз... и выйти наконец с плакатом на демонстрацию, едва повеет перестройкой и гласностью. «Можешь выйти на площадь, смеешь выйти на площадь...» — эти строки Александр Галича украшали членский билет Демократического Союза — небывалой партии, в которой она состояла с первого до последнего дня. В гордом одиночестве.

А эпиграфом к ее жизни могла бы стать другая строка Галича, другая его песня: «Все не вовремя». Ну в самом деле, что изменят в стране листовки, пущенные с балкона КДС в безысходном 1969 году, кого переубедят? Зачем дразнить гусей, то есть родную партию, задолго, месяца за четыре до исторического Съезда народных депутатов? Только вот странность: яростные, раздражающие, возмутительные, нелепые с виду речи и призывы Валерии Новодворской по прошествии времени вписывались в Конституцию России и другие долгие дела. Выяснялось, что в задавленном нашем социуме, в обществе, пораженном паранойей и прочими иррациональными страхами, только дети и говорят правду, которая потом сбывается. Очень немолодые, в юности поседевшие дети — смутьяны, безумцы, юродивые. Люди умные, трезвые, всезнающие.

Тексты Валерии Новодворской, опубликованные в последние годы, дышат безнадежностью. По отношению к стране, в которой жила и не собиралась эмигрировать, ибо строка в уставе ДС предписывала: не уезжать ни при каких условиях. По отношению к миру, который по-настоящему так и не вступился за Украину, подвергшуюся российской агрессии. По отношению к себе и к своей судьбе, ибо кодекс личной чести диктовал ей отчаянье как способ восприятия жизни в России, и так называемый Путин и все, что ныне творится у нас, служили лишь горестным подтверждением этого постулата.

Кодекс личной чести обязывал погибнуть, а не изменить местный климат. И самые безжалостные слова, посвященные несчастному нашему электорату, только в доносах и прокурорских речах можно было оценить как «русофобские». Космополит по убеждению, Лера всю свою жизнь боролась со злом, а не с Россией, и кто ж виноват в том, что в рамки ее жизни уместились и брежневский «совок», и путинская РФ? И танки в Праге, и Афган, и Чечня, и Крымнаш, и Славянск.

Она уж точно в этом не повинна. Хотя лично, всегда отвечая за себя, готова была и вину принять, и искупление. Детская вера в справедливость, соединенная с насмешливой ясностью взрослого безверия, и бесконечная боль, и все-таки вера — такой образ Валерии Новодворской запечатлен в ее текстах, в ее жизни и внезапном уходе, о чем невозможно думать без слез.

Вечная память.

http://www.snob.ru/profile/27216/blog/78492


Елена Чекалова

Умерла Валерия Новодворская

Только что прочитала о смерти Валерии Новодворской. Я в шоке, друзья, и в скорби. При всей странности для многих Валерия была талантливейшим образованнейшим, очень порядочным и бесстрашным человеком. Абсолютный бессеребреник, титаническая личность, из тех единиц, которые готовы жить, не жертвуя ни каплей своих убеждений. Она мне всегда казалась нездешней - такими были интеллигентки XIX века, для которых личное всегда было менее значимо, чем свобода Родины. Вернее так: свобода Родины, справедливое мироустройство - это есть для таких людей, как Валерия Новодворская глубоко личное. Помните о ней. Она много сделала для того. чтобы каждый из нас учился жить свободно. К сожалению, немногие ее слышали.

http://www.snob.ru/profile/25161/blog/78485


Ксения Соколова

До свидания, В.И.

У Валерии Новодворской я все хотела взять интервью. И вот – не взяла.

Мы практически не были знакомы. Однажды – лет 10 назад, я подвезла ее до дома. Она ловила машину на Пушкинской площади. Я узнала ее и остановилась. Представилась, сказала, что знаю ее, восхищаюсь и т.д. Она похвалила машину, сказала, что любит хорошие машины. У некоторых ее знакомых мужчин такие есть. Сказала, что дома ее ждет мама. Я опешила, переспросила. Почему-то никак не ожидала, что она живет с мамой. Она подтвердила, да, они живут с мамой в маленькой квартире, и мама очень переживает, когда Валерия Ильинична уходит из дома. Мы доехали до Шереметьевской. Она показала, где остановиться – у панельного дома, где-то на второй линии от шоссе. Поблагодарила, выбралась из машины и медленно пошла к единственному подъезду. Я смотрела ей вслед, и мне ужасно хотелось выскочить, что-нибудь крикнуть, что-нибудь изменить в ее жизни и вообще, в этом чертовом ходе вещей. Я понимала, что от меня уходит ребенок, одинокий, упертый, героический, истерзанный ребенок. Прекрасный ребенок, живущий в грузном, нелепом теле. Остро, кричаще нуждающийся в чьей-нибудь, кроме старенькой мамы, любви.

Я нажала на газ и уехала. Много кто уехал…

R.I.P.

http://www.snob.ru/profile/21933/blog/78494


Алексей Венедиктов

ЛЕРА УШЛА....

Невозможно представить ее "Валерией Ильинишной". Для меня, для моих молодых сотрудников младше ее раза в три, она была просто Лерой.

Они возмущались ею, критиковали ее, смеялись над ней - и восхищались.

Восхищались ее целеустремленностью, жизнерадостностью, бесстрашием и образованностью.

Лера исподволь учила их быть самим собой, не бояться ни черта, ни дьявола, ни главного редактора.

А еще она обожала поговорить, посоветоваться, повыспрашивать, почувствовать тонкости. Но всегда настаивала на своем, если была в этом уверена.

Мы спорили, ругались, мирились и снова спорили. Мы жили.

Как же ты ушла, Лера? И кто это будет делать вместо тебя? Нехорошо это, неправильно.

И она бы ответила - "Сам, Веник. Теперь сам"

http://echoperm.ru/blog/expert/45/1127/


Дмитрий Быков

Памяти Новодворской

12.07.2014

Стихов на этот раз не будет, потому что траурная лирика по горячим следам — вещь не очень приличная. Почти такая же неприличная, как публичная слезливая скорбь. Лучше уж, я думаю, ликование врагов, чем общие слова друзей.

Валерия Новодворская наверняка предчувствовала, что после ее смерти поднимется восторженный вой. В наше время приходится пересматривать все традиционные человеческие представления. Почти все, считавшееся непристойным, сделалось доблестью, и наоборот. Так вот — в наше время, если враги после твоей смерти почтительно склоняют головы, это значит только, что ты им недостаточно насолил. Они должны ликовать. А всякие там «я был идейным врагом покойника, но не могу не признать» — непростительная половинчатость. «Настоящая любовь должна продолжаться за гробом», — говорил А.К.Толстой; ненависть — тоже.

Этим грехом сейчас замараны все противоборствующие стороны: кто-то на Украине не может сдержать радости, когда гибнут «колорады», а в России подавно хватает ликования при любом сообщении о потерях «укропов», и от этих позорных кличек никто не отказывается даже в сообщениях о жертвах. Ничего не поделаешь — война, а у войны другая этика. Если тебя недостаточно ненавидят — это еще хуже, чем когда вполсилы любят. Полувраг — хуже врага, потому что ненадежен для обеих сторон.

Новодворская была надежна, и то, что молодые здоровые мужчины шакальим надрывным воем встречают весть о смерти пожилой больной женщины, — знак ее высшей доблести. Она, кстати, сроду не обрадовалась ничьей смерти. Смерть она уважала, потому что это последний и непобедимый аргумент.

А жизнь не любила — как многие ее учителя и единомышленники, Лидия Чуковская, например. Любить жизнь слишком сильно — значит за нее цепляться, а это не способствует решимости. Новодворская была решительна. Она знала, что значит неоднократная сухая голодовка и пыточная спецпсихушка. Она всю жизнь — даже когда ее принципы, казалось, ненадолго восторжествовали, — провела в меньшинстве. На травлю она никогда не отвечала затравленностью — травля была для нее признаком собственной правоты; и в сообществах вроде нашего это действительно так, думаю я.

В последние десять лет ее жизни мы не общались — она обиделась на мою сказку «Девочка со спичками», в которой, по-моему, не было ничего обидного, но борцы не обязаны обладать чувством юмора. Однако ни одного дурного слова и ни одного неприличного выпада я от нее не слышал — Новодворская была прекрасным другом и исключительно достойным врагом. Я почти никогда с ней не соглашался и всегда ею восхищался. Людей, к которым можно так относиться, сегодня почти не осталось, потому что за твердой верой в какую-либо идею сейчас почти наверняка следует полный отказ от этики. Словно какая-то идея — будь она русской, антирусской или новорусской, — способна надежно избавить от «химеры совести» (про химеру совести говорил один талантливый, успешный человек, всегда добивавшийся своего и добившийся в конце концов своей пули в затылок, он теперь в большой моде, как раньше Ильин).

Новодворская утверждала не столько идеи, — они у нее были разные, часто радикальные, — сколько способ жизни, поведенческий кодекс. И кодекс этот у нее был сверхблагороден — самурайский кодекс, сказал бы я. «Выбирай смерть».

Следовало бы, конечно, сказать — «Вечная память», но кому-кому, а вечная память Новодворской обеспечена. Все мы сплошь и рядом сталкиваемся с тем, что нас разлюбили, но ненависть прочней всего: любовь остывает, тонет в быту, размывается — ненависть не боится ни быта, ни давности. Пока жива русская литература, русская публицистика и критика, для которой Новодворская сделала очень много, никак не меньше Писарева или Гиппиус, — будет жива ненависть всякого рода ничтожеств к отважной женщине, последовательнице и переводчице Камю, наследнице Герцена, защитнице обреченных и утешительнице одиноких.

Не может быть, чтобы порода таких людей — редких, но самых необходимых, — перевелась в России. Потому что иначе зачем все?

http://www.novayagazeta.ru/politics/64402.html


Егор Виноградов, Радио "Немецкая волна"(DW)

На смерть Валерии Новодворской

Известная не только в России, но и в мире политический и общественный деятель Валерия Новодворская скончалась в Москве. Друзья и коллеги считают ее в первую очередь публицистом и просветителем.

Валерия Новодворская

Валерия Новодворская, известный российский политический и общественный деятель, скончалась в субботу, 12 июля, в Москве в возрасте 64 лет. Она была известным и уважаемым человеком, хотя многие в России не воспринимали ее всерьез и не относились серьезно к тому, что она говорит и делает.

Историк, журналист, телеведущий и член общественной палаты России Николай Сванидзе назвал Валерию Новодворскую "человеком чести" и "королевским мушкетером в юбке". "С уходом Валерии Новодворской одним масштабным, замечательным, тонким, добрым, умным и сильным человеком будет меньше", - указал Николай Сванидзе в интервью DW.

Призвание - просветитель

Один из друзей Валерии Новодворской - правозащитник, исполнительный директор движения "За права человека" Лев Пономарев - уверен, что в первую очередь она была публицистом. "Именно как публицист, как человек, который отлично знает историю России и сравнивает то, что происходит в стране сейчас с тем, что было в прошлом, Валерия Новодворская могла бы часто появляться на всех центральных телеканалах, если бы ее туда пускали, - заявил Пономарев в интервью DW. - На мой взгляд, она была настоящим просветителем".

Действительно, в последние годы Новодворская мало занималась политикой, посвящая большую часть времени журналистике и публицистике. Она является автором книг "Над пропастью во лжи", "Мой Карфаген обязан быть разрушен", "По ту сторону отчаяния", "Прощание славянки", "Поэты и цари", публиковалась на сайтах Грани.ру и радиостанции "Эхо Москвы", вела колонку в журнале The New Times. Тем не менее, она не оставляла и политику. Так, в 2013 году Валерия Новодворская совместно с Константином Боровым приступила к созданию новой партии "Западный выбор".

Бескомпромиссный политик - это нонсенс?

Лев Пономарев признал, что Валерия Новодворская в политике была радикалом. И именно это ее качество - занимать крайнюю позицию - лишало ее возможности быть настоящим политиком, считает правозащитник. "Политика - это поиск компромиссов, - заявил Пономарев в интервью DW. - Да, и вообще, я считаю, радикалы не должны быть теми людьми, которые руководят большими партиями". Роль Валерии Новодворской, как политика, по словам правозащитника, состояла в том, чтобы показать, где находятся границы, за которыми компромисс невозможен.

Победителей не судят или Историческая правда против идеологии

Николай Сванидзе разделяет мнение о том, что Валерия Новодворская не являлась политиком, хотя и занималась политической деятельностью. И причина здесь в том, считает историк, что она не была ни цинична, ни тем более прагматична, то есть не обладала качествами, необходимыми для того, чтобы быть политиком. Сванидзе также полностью согласен с тем, что Новодворская была абсолютно бескомпромиссна. "Если она говорила, что это плохо, что это глупо, это трусливо или это цинично, то, скорее всего, по большому счету это действительно было так", - отметил Сванидзе.

Невосполнимая потеря

Валерия Новодворская не была правозащитником в современном понимании этого термина, хотя в СССР ее деятельность, равно как и деятельность других диссидентов, была отчасти связана с борьбой за права человека. По словам Льва Пономарева, за последние два десятилетия изменился сам характер правозащитной деятельности. "В Советском Союзе все, кто противостоял системе, по сути своей были правозащитниками, - заявил Пономарев. - После распада СССР стали нужны юристы-правозащитники, а это находится вне поля знаний Валерии Новодворской".

В оценке деятельности Валерии Новодворской, как правозащитницы, Николай Сванидзе также единодушен с Львом Пономаревым. По словам историка, для работы по защите прав человека Новодворской не хватало не только знаний, но и необходимых для этого качеств, а кроме того, подвело здоровье. Но потеря в любом случае невосполнима. "Такие люди всегда в дефиците, в любое время и в любой стране, и России в данном случае не является исключением, - заявил Николай Сванидзе. - Поэтому после ухода Валерии Новодворской, к сожалению, будет только хуже".

http://www.dw.de/%D0%BD%D0%B0-%D1%81%D0%BC%D0%B5%D1%80%D1%82%D1%8C-%D0%B2%D0%B0%D0%BB%D0%B5%D1%80%D0%B8%D0%B8-%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D0%B4%D0%B2%D0%BE%D1%80%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B9/a-17782029


Лев Рубинштейн

Памяти Валерии

Она была человеком - эпохой.

К ней относились, мягко говоря, по-разному. Мне приходилось общаться с людьми, относящимися к ней как к пророку. Мне приходилось видеть и слышать тех, кто считал ее чуть ли не личным своим врагом. Кто-то считал ее юродивой. Кому-то казалась она смешной. Но вот скучной и монотонной ее не считал никто.

Многим казалось, что она состояла из одних лишь углов, за которые постоянно зацеплялись и об которые болезненно стукались те, кто проходил мимо.

Она казалась очень неудобным человеком, каковыми бывают или очень масштабные люди, или дети. А в ней и правда была совсем детская душа с ее верой в конечную справедливость, в то, что добро в результате непременно побеждает зло.

Ярость и миролюбие, не всегда уютная прямота и дружественность - все это вместе, и все это она.

Уход таких людей чреват появлением в общественной атмосфере огромной озоновой дыры. Трудно и долго эту дыру придется заштопывать. Но придется, деваться некуда.

А ее беспокойная, непоседливая, страстная душа пусть теперь успокоится.

Светлая память.

http://grani.ru/blogs/free/entries/231041.html


Александр Скобов

СВЕТЛАЯ ПАМЯТЬ

Я не доспорил с Валерией Новодворской. Я был ее непримиримым идеологическим оппонентом последние 20 лет. Мне казалось, что она воюет с уже дохлым драконом – драконом советского тоталитаризма. Нужно ли отдавать столько страсти этой дохлятине, когда в нашей жизни появилось столько нового зла и новой несправедливости уже совсем из другого источника? Валерия Новодворская, как Кассандра, без умолку кричала на каждом углу: дракон жив и обязательно проснется! И ушла из жизни тогда, когда уже никто не может не заметить, что дракон проснулся.

Проснувшийся дракон изрыгает на нас потоки фашистских запретительных законов. Законы против инакомыслия. Законы против несогласия с официальной идеологией. Штампующие их так называемые депутаты и так называемые сенаторы – это те самые гипсовые обрубки Александра Галича, уродцы, обретающие величие, наевшись человечины. Они мечтают все запретить и всех посадить, подобно тому, как вампир жаждет крови. Ах, как славно было, когда за любое слово против правящей партии давали семь лет лагеря плюс пять ссылки! Или бессрочно сажали в психушку, как посадили Валерию Новодворскую.

Говорят, что ее интерпретация либерализма только отвращает людей от либеральных ценностей. Что ее взгляды – это тот же большевизм, с которым она так яростно воевала, только с обратным знаком. Что страстно проповедовавшийся ею "неограниченный капитализм" не менее бесчеловечен, чем сталинская диктатура. Вот только осуждать социал-дарвинизм Валерии Новодворской имеет право лишь тот, кто сам не боялся говорить в лицо преступной власти: "Господа, вы звери! Вы лжецы, подлецы, садисты и убийцы!" Кто не боялся говорить это тогда, когда за такие слова полагалось семь лет лагеря плюс пять ссылки.

Валерия Новодворская сама не вписалась бы в то идеально-буржуазное общество, в которое верила. Такое общество требует идеально-пластилинового человека. У Валерии Новодворской было другое строение позвоночника. Так многие первые большевики не вписались в общество восторжествовавшего большевизма. Идеальный капитализм столь же утопичен, как и идеальный коммунизм. Но это столь же великая утопия. Все великие идеологии XIX века предложили миру свои великие утопии. Без идеалистической веры в них не было бы истории, не было бы современного мира. И когда мы посмеиваемся над человеком, который "остается в своем XIX веке", мы должны помнить, что стоим на плечах гигантов.

Жизнь Валерии Новодворской – пронзительное отражение трагической судьбы российской интеллигенции, мечтающей дать народу свободу, а вынужденной защищать от этого же самого народа свободу собственную. Потому что оказывается, что народ не только сам не хочет свободы для себя, но еще и не терпит, чтобы эта свобода была хотя бы у кого-то. И готов активно поддерживать своих хозяев, когда те давят "отщепенцев".

Стал ли народ жертвой зловещих манипуляторов, или это в природе самого "народа"? Можно ли освободить и осчастливить народ без его согласия, лишив рабов их любимых хозяев? Эти и подобные им дилеммы относятся к так называемым вечным вопросам, к сущностным проблемам человеческого бытия. Споры о налоговой системе и бюджетных расходах несопоставимо мелки по сравнению с ними. И никому пока не удалось предложить универсальный ответ на них. Возможно, его вообще нет, хотя диапазон предлагавшихся решений весьма широк: от полного конформизма и приспособленчества до апологетики всевластия "просвещенной элиты" и презрения к "быдлу". Большевизм тоже по-своему пытался дать ответ на эти вопросы.

Эти же вопросы пришлось решать и Валерии Новодворской. Весь пафос ее страстной проповеди – в противостоянии "тирании большинства". Бывают ситуации, когда большинство неправо, а сопротивление ему – долг порядочного человека. Когда большинство отводит глаза перед ложью и перед подлостью. Когда большинство одобряет и поддерживает попрание прав и достоинства человеческой личности. Когда большинство соучаствует в таком попрании.

В СССР была создана всеобъемлющая система насилия над человеческой личностью, идеальной моделью которой была зона. Суть в том, что лагерная власть с любым человеком может сделать все что захочет и когда захочет: обыскать, раздеть, отобрать любую вещь, не дать спать, не дать лежать. Но и по другую сторону колючей проволоки у личности не остается какой бы то ни было автономной сферы, куда не могло бы вторгнуться государство. Оно лезет в карман, в постель, в душу, в мысли. Оно может остановить на улице любого и остричь ему идеологически неправильную прическу, разрезать до колен идеологически неправильные брюки (вспомните охоту на "стиляг"). Причем в значительной степени государству удалось сделать всех соучастниками насилия над каждым. И большинству это нравилось. Нравилось разбирать на собраниях "аморалки", клеймить идеологических отступников, определять за других их жизнь. И большинство не хотело знать и думать о миллионах безвинно загубленных, превращенных в лагерную пыль в ходе глобального социального эксперимента.

Большинство и сейчас не хочет о них помнить и думать. Оно склонно прислушиваться к тем, кто нашептывает, что ведь не все было плохо у нашего дракоши. Было ведь и много хорошего. Полеты в космос, парады физкультурников, целинный энтузиазм, прекрасные песни, прекрасные детские книжки. Мы были самой читающей страной в мире. И рядом с нами много людей, вложивших в это душу. Давайте с ними не ссориться. Давайте щадить их чувства. Нужна взвешенная оценка советской системы, ее создателей и руководителей, их действий.

Валерия Новодворская призывала не слушать эти сладкие речи. Они фальшивы. Произносящими их движет не гуманность по отношению к тем, кто отдал душу советской системе, а тривиальное желание оправдать ложь, насилие и жестокость. Чтобы сделать их возможными вновь. Валерия Новодворская призывала быть беспощадными к чувствам палачей и их пособников. Если мы будем щадить чувства палачей, опять придет момент, когда палачи не пощадят наших жизней. Скажут, что все делали правильно, и повторят.

Валерия Новодворская постоянно напоминала нам всем: советская система была худшей разновидностью фашизма. Такой же жестокой, но еще и лицемерной. И ее преступления не могут быть оправданы никакими историческими обстоятельствами и задачами, никакими достижениями. Так же, как Холокост не может быть оправдан дорогами и "социалкой" Гитлера. Люди, творившие коллективизацию, Большой террор, депортации народов, помогавшие Гитлеру развязывать мировую войну, а потом под видом освобождения навязавшие Восточной Европе новую тиранию, эти люди переступили все человеческие нравственные законы и потеряли право называться людьми. Возможно, они были способными организаторами, но людьми они точно быть перестали. Их можно понять, можно даже пожалеть, но оправдать их нельзя.

Валерия Новодворская постоянно напоминала нам о миллионах жертв советской системы. Мы не имеем права предавать память этих миллионов загубленных без надежды на восстановление справедливости. Валерия Новодворская была их депутатом среди живых. И все новые палачи должны знать: никакие их новые жертвы не останутся безгласными. Всегда найдется еще кто-то, кто не даст о них забыть.

Нормальному человеку свойственно стремиться к миру. Как иногда хочется примириться со своим историческим прошлым, примириться с палачами! И в этом есть опасность. Опасность незаметно утерять ненависть к государственному насилию и сочувствие его жертвам. Валерия Новодворская мешала нам забыть и о палачах, и об их жертвах. Мешала разучиться ненавидеть зло. Мешала назойливо, грубо, скандально. Честь ей за это и хвала. И светлая ей память.

http://grani.ru/opinion/skobov/m.231050.html


Александр ПОДРАБИНЕК

Памяти Леры Новодворской

Валерию Новодворскую знала, кажется, вся страна. Одни преклонялись перед ней, другие ненавидели, третьи смотрели с жалостью и недоумением. Многие считали, что она экзальтированна и неадекватна — такими острыми, непримиримыми и эмоциональными были ее выступления. И это относилось как к уличным протестам, так и к публикациям в либеральной прессе. Оценки эти чаще всего выводились из усредненного отношения людей к власти.

В советское время считалось нормальным молча сносить гнет коммунистического режима. В крайнем случае, легкая фронда с друзьями дома и на работе. Но разве это адекватная реакция на несправедливость? В 1969 году, будучи студенткой, Валерия Новодворская повела себя с советской точки зрения неадекватно — разбросала антисоветские листовки с балкона Дворца съездов в Кремле.

Такой странный по советским нормам поступок подвигнул чекистов на применение к Новодворской мер карательной психиатрии. Обвиненная в антисоветской агитации и пропаганде, она провела полтора года в Казанской спецпсихбольнице. Но психиатрический диагноз и нейролептики не заставили ее изменить образ мыслей.

С началом перестройки она начала активную политическую и публицистическую деятельность. И опять не слишком оглядывалась на общепринятые правила. Она выходила со своими товарищами на уличные пикеты с трехцветным российским флагом, когда он был еще запрещен, и за этот флаг попадала под омоновские дубинки и под пятнадцатисуточные аресты. Когда некоторые бывшие диссиденты ринулись занимать места во власти, она принципиально оставалась в оппозиции. Эта странная упертость многих раздражала.

Возможно, она ощущала настоящую полноту жизни в противостоянии с властью. Нашему поколению не оставили другого выбора: или смириться, ворчать на кухне и встать «над схваткой», или противостоять тоталитарному режиму как умеешь; делать то, на что хватает сил и способностей.

Лера делала то, что умела. В российской публицистике последних двадцати лет вряд ли еще найдется автор, который с такой яростью, непримиримостью, эмоциональным накалом и даже отчаянием писал бы о проблемах нашей жизни, нашей страны. Не опасаясь власти, не заискивая перед обществом, не рассчитывая на чье-то одобрение или чье-то недовольство. Ее душили увиденные ею несправедливость, подлость, коварство, и она не могла пройти мимо этого молча — она писала неистово, горячо, нерасчетливо и без оглядки. Негодование ее всегда было неподдельным, слова всегда искренними. Она могла менять точку зрения на политические события или политиков, но это никогда не было продиктовано ни личным политическим расчетом, ни меркантильными соображениями. Этим она тоже очень сильно отличалась от людей, которые считали ее «странной».

Лера ушла от нас, и только теперь мы, наверное, оценим, насколько не хватает нам таких странных людей в нашей чудовищной жизни.

http://www.ej.ru/?a=note&id=25558


Прямая речь

Игорь Яковенко:

Зияющая пустота. Ушла великая баба Лера. Оставила нас, суетливых, суетных и слабых по сравнению с ней, наедине с империей лжи, с которой она боролась всю жизнь.

Мы всегда были за ней как за каменной стеной, прикрытые ее абсолютным бесстрашием и абсолютным же моральным авторитетом.

Таких, как Новодворская, чтобы сразу все в высшей степени, и ум, и литературный дар, и безупречность, судьба дарит людям раз в поколение. Это если сильно повезет. Чаадаев, святой Лука (Войно-Ясенецкий), Сахаров и вот она, Валерия Ильинична…

Это счастье, что такой человек был нашим современником. Беда, что она была с нами так недолго.

Лев Рубинштейн:

Уход таких людей сравним с образованием огромной озоновой дыры в атмосфере, в данном случае — в атмосфере нашего общества. И теперь эту дыру придётся заштопывать, долго и мучительно. Валерия Новодворская была человеком, для многих очень неудобным, очень прямым и в то же время — очень прямодушным. Многим людям это не нравилось, многих, напротив, восхищало, к неё всегда относились очень по-разному, но никто не считал её скучной или ординарной. Кто-то считал её чуть ли не личным врагом, кто-то — чуть ли не святой, диапазон был таким.

Я её знал немного, и могу свидетельствовать, что при всей своей яростности она была человеком по-детски доверчивым, очень добрым и очень дружественным, что странно контрастировало с некоторыми её текстами. Так что произошедшее является и моей личной потерей.

Сергей Шаров-Делоне:

Часто о значительных ушедших говорят: "С ним ушла (умерла) эпоха". Про Валерию Новодворскую этого не скажешь. Такие, как она, всегда были, есть и, даст Бог, будут. Таких, как она, всегда единицы. Таких — это тех, что всегда не в ногу, не в такт, невпопад, всегда всем неудобных — и потому столь нужных всем нам.

О ней можно говорить: ну, какой толк от такого политика, который никогда не придет к власти? А какой толк от компаса, который тоже никогда не придет к цели? Да тот, что без него добраться до цели куда труднее. Потому что он упрямо показывает на север, даже когда нам хотелось бы смухлевать и выбрать дорогу попроще да полегше.

О ней можно судачить: ну какой толк от публициста, с которым никто не соглашается? А какой толк от совести — или вы всегда с ней в ладу?

У меня как-то совсем нет сомнений, что ее есть Царствие Небесное, что Господь ее примет с радостью и любовью. И я вовсе не боюсь, что Там она снова будет вечным диссидентом. Если я правильно понимаю ее и если хоть чуть-чуть понимаю Господа, Там — это то место, где Валерии Ильиничне придется привыкать оказываться не поперек. Слава Богу, это счастливое привыкание.

http://www.ej.ru/?a=note&id=25555


О ВАЛЕРИИ НОВОДВОРСКОЙ

Александр Архангельский, литературовед:

Умерла Валерия Новодворская, которая прожила свою жизнь, как хотела, а не как было предписано. Да будет ей земля пухом.

Елена Чекалова, журналист:

Только что прочитала о смерти Валерии Новодворской. Я в шоке, друзья, и в скорби. При всей странности для многих Валерия была талантливейшим образованнейшим, очень порядочным и бесстрашным человеком. Абсолютный бессеребреник, титаническая личность, из тех единиц, которые готовы жить, не жертвуя ни каплей своих убеждений. Она мне всегда казалась нездешней - такими были интеллигентки XIX века, для которых личное всегда было менее значимо, чем свобода Родины. Вернее так: свобода Родины, справедливое мироустройство - это есть для таких людей, как Валерия Новодворская глубоко личное. Помните о ней. Она много сделала для того, чтобы каждый из нас учился жить свободно. К сожалению, немногие ее слышали.

Мария Слоним, журналист:

Когда в 1969 году я услышала, что некая Лера Новодворская в Дворце Съездов раскидывала какие-то антисоветские листовки, у меня захватило дух. С тех пор у меня захватывало дух от всего, что делала, говорила, писала Лера. Восторг и восхищение!

Сегодня тоже захватило дух. От горя. Как же грустно.

Михаил Эпштейн, философ:

Первая из наших современников, кому я предложил бы поставить памятник, - Валерия Ильинична Новодворская. У Лефортовской тюрьмы, где она сидела, или у одной из психиатрических больниц, куда ее клали на принудительное лечение. Где бесстрашие, там и бессмертие. Вечная ей память.

Евгений Левкович, журналист:

Мне выпало великое счастье. Я проработал с Валерией Ильиничной один год. Я видел её ровно раз в неделю. Она приносила конфеты и угощала ими, в частности, меня. Иногда пекла пирожки. Вдвойне мне повезло в том, что она хорошо ко мне относилась, не знаю почему. Она ведь такую анархо-фашистскую шушеру, как я, не любила с детства. Я тоже никогда и ни в чём с ней не соглашался. Иногда она просто, чего уж там, раздражала. Однако мы ладили. Однажды она предложила мне вступить в её "Демократический союз", но я, разумеется, отказался. Потом она предложила мне выйти за неё замуж, я не нашёлся что ответить и мы посмеялись. Дурак. Надо было выходить, немедленно. Такой женщины больше не найти.

Над Валерией Ильиничной смелись почти все - даже многие её друзья. "Демшиза" - это ведь с неё началось, это ведь она эталон этого понятия. Я не смеялся над ней никогда. Я прочитал одну её книгу, ознакомился с её биографией, и мне стало жутко стыдно. Я понял, что смеяться над ней, или не любить её, или люто ненавидеть её - есть высшее негодяйство. В 1969-м году (в 69-м, том самом, полностью советском году) она, девятнадцатилетняя (!) девчонка, в кремлевском дворце съездов (!) распространила листовки против ввода войск в Чехословакию. После этого она год просидела в тюрьме и ещё два года - в страшной психиатрической клинике в Казани, где полностью подорвали её физическое и психическое здоровье. При этом она никого не предала. Никого не сдала, хотя её, двадцатилетнюю, несколько раз пытали. Никого и никогда она не предавала. Кто из вас, называвших её "либерастом", левых и правых радикалов, таких боевых и смелых накаченных парней, способен на такое мужество? Считанные единицы. В основном, вы сдаете всех направо и налево. Вы и одного упавшего волоса с головы Валерии Ильиничны не стоите.

В общем. Я мог бы ещё много написать, но зачем. Что тут говорить. Эта огромная потеря и огромное горе. Я плачу. До свидания, дорогая Валерия Ильинична. Я никогда не разделял ваших взглядов, совсем не разделял. Но я хочу прожить свою жизнь так, чтобы быть хоть сколько-нибудь достойным вас. Чтобы когда мы встретились снова мне было бы не стыдно поздороваться с вами. Ну и вы тоже не подведите. У вас же будут с собой конфеты и пироги, правда?

Я люблю вас. Очень.

До свидания.

http://www.newtimes.ru/articles/detail/84439/


Бесстрашие не достается даром

Ирина Прохорова

Трудно поверить в смерть Валерии Ильиничны Новодворской, в то, что неисчерпаемая энергия ее души не стала залогом долгой жизни этой поразительной женщины. Давно замечено, что подлинные мужество и принципиальность редко сочетаются с торжественно-монументальным обликом. Так выглядят, как правило, циники или герои пропагандистских фильмов. Кому-то Валерия Ильинична казалась эксцентричной, возможно, она и была таковой. Но не будем забывать, что бесстрашие не достается даром, оно отвоевывается у конформистского мира ценой огромных душевных затрат и постоянного самопожертвования. Герои часто кажутся странными и смешными, особенно тем, кто не способен на подвиг. Новодворская была неукротимой воительницей за гражданские свободы и права, и она достойна самых высоких слов и самого глубокого уважения.

Светлая ей память!

http://www.newtimes.ru/articles/detail/84545/


Зоя Светова

«Когда уходят такие люди, нельзя поддаваться унынию»

Лера Новодворская - из породы людей, которые казалось, никогда не должны умирать. Они нужны для того, чтобы мир казался не таким страшным и беспросветным. Сегодня говорят, что она была политиком, диссидентом, публицистом, историком. Но она была Новодворской. И этим все сказано. Потрясающе организованная - несмотря на целый букет болезней более пяти лет она каждую неделю присылала колонку в The New Times. При всем своем максимализме - необыкновенно нежная , ласковая и ранимая. Пожалуй, я не встречала человека, который бы так искренне сострадал заключенным. Они были для нее как дети, особенно политические заключенные. Сколько раз я от нее слышала, да она и сама писала об этом много раз: она была готова сесть в тюрьму и поменяться местами с несправедливо осужденными.

Она предлагала себя вместо Зары Муртазалиевой, вместо Михаила Ходорковского. Очень жалела Алексея Пичугина. Лера была бесстрашной, она никого и ничего не боялась . Потрясающе образованная и одаренная , она легко оперировала датами, цитатами, проводила смелые параллели между сегодняшними политиками и историческими персонажами. Ее тексты были уникальными, ни на кого непохожими. В них была свобода мысли, свобода самовыражения, точность и метафоричность, отталкиваясь от какого нибудь столетнего юбилея условного Стендаля она могла написать колонку о том, что такое сила духа и как ужасно предавать друзей и общее дело. Ее воркующего, нежного и какого- сказочного голоса с мягкой хрипотцой мне будет ужасно не хватать, как будет не хватать ее шоколадных конфет, которые она каждую неделю приносила в редакцию, чтобы одаривать ими авторов The New Times...

Когда уходят такие люди, нельзя поддаваться унынию. Леру невозможно заменить. Но стыдно ее разочаровать.

http://www.newtimes.ru/articles/detail/84536/


Марк Солонин, историк

16.07.14

Памяти В.И. Новодворской

Дело было давным-давно. В августе 1987 г. в Москве (если мне не изменяет память, то в конференц-зале какого-то райкома) собралась общественно-политическая тусовка. Официально называлась она "Информационная встреча-диалог "Общественные инициативы в перестройке". Сейчас таких "диалогов" происходит в день по дюжине. Тогда - сам факт легального проведения подобного сборища ошеломлял до физического головокружения.

Собралось человек 100, с разных концов огромной страны. "Всякой твари по паре", от скрытых анархистов до тайных монархистов. Народ перепуган собственной смелостью. Выступающие, один за другим, осторожно пробуют лапкой воду: а вот про Бухарина уже сказать без ругани можно? а за слова "рыночная самоорганизация производства" арестуют прямо на выходе или уже нет? И тут поднимается на трибуну женщина. Средних лет. Странной, но запоминающейся внешности. Скучным таким, монотонным голосом, неспешно, по бумажке зачитывает - что надо сделать для обустройства нашей страны: "Признать преступной организацией и распустить КПСС... Признать преступной организацией и распустить КГБ... Предать суду..."

В зале стало так тихо, что проснувшаяся августовская муха пролетела с оглушительным гулом... На дворе 1987 год. Все законы - ст. 70 ("антисоветская агитация"), ст. 190 ("распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский строй") - в полной силе. Понятия, насажденные за 70 лет диктатуры, тем паче, живее всех живых.

В перерыве я побежал знакомиться с "теткой", но она была занята: пила чай в буфете с двумя инструкторами райкома и все тем же, скрипучим, бесстрастным голосом объясняла им - чего их ждет и как к этому подготовиться. Двое в галстуках беззвучно глотали чай и даже не спорили...

Валерия Ильинична уделила мне час времени. О многом я узнал больше, чем за предыдущие 29 лет жизни. Вопрос же, который я хотел ей задать, так и не был задан. Я понял, насколько он будет неуместен. Она действительно ничего не боялась. Её биографию я на тот момент не знал совершенно, и только позднее смог оценить - ЧТО она испробовала на себе и ЧЕГО не боялась.

Часто, когда хотят отдать дань уважения усопшему, говорят: "Он опередил своё время... Он был человеком из будущего..." Нет, Валерия Ильинична Новодворская не опередила свою страну. Вся она была из прошлого, из 60-х годов, когда Россия прошла последнюю "точку невозврата". И с каждым днем и годом это становилось все яснее и яснее. Её голос, одинокий камертон правды, остался далеко позади, в самом хвосте России, с ревом и грохотом несущейся в пропасть.

http://www.solonin.org/new_pamyati-vi-novodvorskoy


Свящ Глеб Якунин о Валерии Новодворской
Демократический Союз основан 9 мая 1988 года